Бойтесь своих желаний – они могут сбыться.

Ксана всю жизнь искала в себе недостатки. То волосы слишком жёсткие, то бёдра толстые, то грудь маленькая. Но главным врагом был, конечно, её нос. Когда Ксане было 6 лет, она летом отдыхала у бабушки в деревне. Как-то раз она с мальчишками забралась в огромный заброшенный дом, они стали играть в прятки, Ксана забралась на второй этаж и вдруг, прогнивший пол провалился под ней, и она упала вниз. Она плохо помнила, что случилось дальше, помнила только перепуганные лица ребят и странные ощущения во всём теле. Из поселковой больницы её выписали только в середине сентября: выяснилось, что ей было необходимо удалять ещё и аппендицит, но в итоге всё обошлось. Единственным напоминанием об этом случае стал криво сросшийся нос, который и стал доставлять ей расстройство, как только у неё начался период полового созревания.
А потом всё закрутилось, завертелось… Школа, институт, работа. Однажды Ксана проснулась 27-летним менеджером строительной компании, незамужней, бездетной, в съёмной квартире и с диким похмельем. Она нашарила один мохнатый тапок, поискала второй, и, решив, что наклон головы под кровать будет стоить ей как минимум «звёздочек» в глазах, в одном тапке так и побрела в ванную. Ксана взглянула в зеркало и чуть не заплакала от обиды. Мда, прошли те времена, когда после вечеринок на следующий день она выглядела как майская роза… Сейчас из зеркала на неё смотрело бледное опухшее лицо, с синяками под глазами, паутинкой мимических морщинок и кри-вым но-сом! Ксана сползла вниз по стене и упёрлась лбом в кафель. В голове сразу же начали проноситься мысли на тему «ну почему это случилось именно со мной» и «как дальше жить».
В комнате зазвонил телефон, Ксана вздрогнула, встала с пола и побрела на кухню. Разговаривать ни с кем не хотелось. Она сварила горький кофе, села за ноутбук и вышла в Интернет. Первой загрузилась её страничка «Вконтакте» с аватаркой, прошедшей все возможные усовершенствования в Фотошопе, такая красивая, гламурная, «выбеленная» фотография; и ниже исписанная комплиментами «стенка». Дата рождения скрыта. Ксана зашла в настройки и поставила галочку в графе «Удалить страницу». Клац. Сохранить. Она вернётся, но только не сейчас.
Ксана сделала большой глоток кофе и зашла на сайт своего банка. Пока грузились данные о счёте на её кредитке, она методично отправляла в мусорное ведро всё, что по её мнению теперь не должно быть в холодильнике: майонез, начатую банку сгущёнки, плитку шоколада, банку маминого лечо, и зачем-то ветчину и остатки вчерашнего салата с грибами. Компьютер пискнул, оповещая, что загрузка закончилась. Ксана подошла к столу и уткнулась в пятизначную сумму на экране. Цифры оказались несколько меньше, чем она предполагала, но на самый крайний случай всегда можно взять кредит.
Клиника располагалась в центре города, как и полагается учреждению, заботящемуся о своей репутации, на улице Рубинштейна, недалеко от метро «Владимирская». По дороге, у Ксаны даже не было сомнений в том, что она решится на операцию, она прикидывала только, хватит ли ей ещё и на подтяжку лица, или придётся ограничиться лишь ринопластикой.
Взбежав по ступенькам лестницы, Ксана вошла в приёмную и подошла к администратору. Молоденькая девушка что-то монотонно бурчала в телефонную трубку, параллельно набивая текст на компьютере. «По-любому в аське сидит», - проскочило в голове у Ксаны. – «Не, ну правильно, о чём ещё заботится этому юному созданию, едва закончившему школу? Только пошире улыбаться на работе, да мужика побогаче отхватить. Хотя, от последнего, я бы и сама не отказалась». Юное создание наконец-то повесило трубку и обратило внимание на Ксану. «Здравствуйте. Я на приём», - протараторила Ксана. Потом, подумав, добавила: «К пластическому хирургу…». Создание допечатала слово одним пальцем и произнесла, глядя куда-то вдаль: «А Вы записаны?». Ксана опешила: «Ой, нееее… то есть, нет, а нужно было?». Создание фыркнуло: «А как же! У всех наших хирургов приём только по записи! И знаете, у нас ведь очень известная клиника, поэтому запись идёт за несколько месяцев вперёд».
Создание клацнуло пару раз по клавиатуре: «Ну вот. Ближайшее окно на декабрь. Вас записывать?». У Ксаны выпала из рук сумочка. «Как же так? Декабрь? Декабрь!??». Она присела, подняла сумочку и, не прощаясь, медленно пошла к выходу. Создание фыркнуло ещё раз в спину уходящей Ксане, и вернулось к своей переписке.
На улице светило дикое солнце. Ксана, жмурясь, добрела до парковки. Села на скамейку и машинально начала искать пачку «Вог». Закурила. «Нет, конечно, можно сейчас объехать ещё пару клиник, - рассуждала тихо вслух девушка, - а смысл? Эта – лучшая в городе, её все рекомендуют. А с моей «везучестью» найду какую-нибудь шарашкину контору, и потом всю жизнь буду исправлять ошибки хирурга. Может в Москву поехать? Или вообще заграницу?»
- Самые лучшие клиники в Швейцарии. Есть парочка неплохих в Голливуде, американские женщины помешаны на своей внешности, но всё же я уверен, что самые квалифицированные врачи в Европе, – вывел её из раздумий незнакомый мужской голос.
- А вы собственно кто? – зло поинтересовалась Ксана.
- Я? Да так, сочувствующий. Эти эскулапы-бюрократы совсем обнаглели, записывать на приём за несколько месяцев, аж на декабрь! Вот она современная медицина! Даже за деньги нельзя получить всё здесь и сейчас.
- Вы что подслушивали??? – девушка действительно разозлилась не на шутку.
- Да нет, что Вы, что Вы! Просто угадал, я ведь некоторым образом, тоже отношусь к пластической хирургии. Не совсем прямым путём, но всё же. Увидел, как Вы вышли из клиники, расстроенная, и подумал, может предложить девушке свои услуги? – незнакомец слегка наклонил голову и вопросительно посмотрел Ксане в глаза.
- Что, хотите предложить мне клинику своего друга? Занимаетесь рекламой прямо у порога конкурентов? – Ксану взбесила подобная наглость. – Знаете что, идите-ка Вы лесом, а? Я никогда в жизни не поведусь на такой лохотрон!
Ксана хотела встать и уйти, но тут пепел с сигареты упал ей на юбку.
- Чёрт!
Мужчина встрепенулся.
- Милочка, я бы Вам крайне не советовал упоминать сего, кхм…, господина всуе! А то ещё ненароком… Собственно, это не важно, просто постарайтесь не произносить его имя в слух.
- Слушайте, отстаньте от меня, а? И без Вас тошно.
Ксана отряхнула юбку и намеревалась уйти, но незнакомец властным голосом парировал:
- Оксана Владимировна, прекратите, честное слово! Наша беседа также важна для Вас, как и для меня. Сядьте и успокойтесь. Хотите шоколадку?
Ксана замерла в испуге и медленно опустилась обратно на скамейку. В голове почему-то зароились мысли о ФСБ и тотальной слежке.
- О, нет, я не из спецслужб, не беспокойтесь, - ответил на её мысленный вопрос незнакомец, - я, так сказать, мастер добрых дел. Вы можете называть меня Дэмо. Хотя, в принципе, можете и сами придумать мне имя, если это кажется Вам непривычным.
Ксана непроизвольно мяла в руках шоколадку, она испытывала страх и любопытство – крайне опасную смесь.
- Эээээ… Дэмо, да? Но откуда Вы… то есть… я хотела спросить, - она никак не могла связать все мысли в одно предложение.
- Откуда я знаю, как Вас зовут? Оксана Владимировна, я же не просто так тут с Вами время теряю. Я его как раз приобретаю, но об этом чуть позже. Я тщательно подготовился к нашей встрече. Думаю, не стоит сейчас Вас удивлять фокусами вроде пересказа событий Вашего детства или личных привычек, известных, как Вы полагаете, только Вам?
Дэмо натолкнулся на недоверчивый взгляд девушки, вздохнул и начал говорить в два раза быстрее:
- Хотя, извольте. В 6 лет Вы запихнули длинную советскую макаронину в гнездо для наушников в новеньком американском магнитофоне «Gold Star» и до сих пор родители думают, что это был производственный брак. Магнитофон кстати, всё же был собран на совесть, и работает до сих пор. Раз уж затронули тему родителей, то это вполне нормально, что Вы им не сопереживаете, они абсолютно не занимались Вашим воспитанием в детстве, оставляя это место книгам и школе. Тётя гораздо более близкий в эмоциональном и доверительном плане для Вас человек. Девственность Вы потеряли в 19, марихуану попробовали в 17, начали писать довольно приличные и осмысленные рассказы в 15, влюбились в 13, ой, пардон, в 13 с половиной. Вы обожаете фильмы с Сэмюэлем Л. Джексоном, ненавидите икру и терпимо относитесь к гомосексуалистам и нынешней власти. Ваш последний молодой человек изменил Вам…
- Стоп! – Ксана резко оборвала это резюме, - вот уж про это я точно знать не хочу, благодарю покорнейше.
- Это, как изволите. Главное, я заслужил Ваше доверие?
- Доверие? Да Вы, по-моему, только разрушили мой мозг. – Ксана пыталась шутить. – Так, ладно, я не буду сейчас разбираться, как Вы всё это узнали, что Вы вообще от меня хотите?
- А вот это уже разговор! Я знал, что Вы деловая женщина, не зря мой выбор пал на Вас, Оксана Владимировна. Или Ксана, так ведь Вам привычней?
- Как хотите, Дэмо.
- Вот и чудно! – Мужчина заметно приободрился. – Итак, дорогая Ксана, сегодня я способен исполнить Ваше самое заветное желание. И не улыбайтесь, я не шучу. Я действительно могу сделать это. Только произнесите вслух то, чего больше всего желаете в эту минуту.
- Хмм… Мир во всём мире? – Ксана продолжала иронизировать.
- А я думал, у нас серьёзный разговор, милочка. – В тоне Дэмо послышались твёрдые нотки. – Я не намерен с Вами тут шутки шутить. Моё время, знаете ли… Хотя, это не важно. Итак, тогда я первым открою карты. Я знаю, что Вы, моя дорогая, мечтаете изменить внешность, а точнее подправить форму носика. Я, в свою очередь, считаю, что это вполне осмысленное решение, ведь за счёт уверенности относительно своей внешности, Вы сможете добиться и успехов на работе. Кстати, Вы правы, Елена Ивановна с Вашей работы, получила повышение благодаря тому, что сделала подтяжку и инъекцию ботокса. Что она имеет связь с начальником отдела маркетинга, тоже послужило толчком, но без подтяжки он вряд ли бы с ней связался, у него же и жена Лидочка вполне ничего… Собственно, я отвлёкся.
Дэмо сжал большим и указательным пальцем переносицу, будто пытаясь сосредоточится, хотя, казалось, что его невозможно было заставить растеряться, потом открыл глаза и прямым холодным взглядом посмотрел на Ксану.
- Выражаясь профессиональным языком, Вы хотите устранить дисгармонию Вашего лица и таким образом улучшить эстетическое равновесие. Я прав?
Ксана уже не могла сопротивляться его напору.
- Да, чёрт побери, Вы правы. Но я всё ещё…
Дэмо перебил её.
- Да что же ты будешь делать! Я же, кажется, просил Вас! Хотя, с непривычки, это наверное сложно. Ладно, проехали. Отвечаю на Ваш ещё не заданный вопрос: нет, никакого отношения к хирургической ринопластике моя услуга не имеет. Результат будет тот же, однако, без анестезии, швов и прочего внешнего вмешательства. Вы получите Ваш новый носик в мгновение ока.
К Ксане вернулся её цинизм, и она расхохоталась.
- Что, двинете мне ломом по лицу? Или примените магию?
- Магию, колдовство, шаманство – называйте, как хотите. Ведь всегда важен только конечный результат, не правда ли? А давайте-ка я сейчас Вам одну штуку покажу.
Вдруг вокруг всё потемнело, и Ксана провалилась в какую-то удушающую пустоту. Это продлилось всего лишь мгновение, поэтому она даже не успела испугаться. Глаза немного щипало. Она несколько раз моргнула и уставилась на Дэмо.
- Что, что это было? Что за фокусы? – девушка вскочила на ноги.
- Да что же Вы такая нервная! Всё в порядке, - голос Дэмо был успокаивающим. – Посмотритесь-ка лучше в зеркало.
- Чего? – Ксана не понимала, что он от неё хочет.
- Пудреницу достаньте, милочка. Вы её сегодня предусмотрительно положили в боковой карман сумочки.
Ксана послушно расстегнула молнию и достала свою «Шанель».
«Может, у меня рога выросли», - пронеслось в её голове. Дэмо издал тихий смешок.
- Не пугайтесь, не пугайтесь, моя дорогая. Лишь обратите внимание на свои глаза.
У Ксаны были каре-зелёные, чуть мутноватые глаза. Сейчас из зеркала на неё смотрели два голубых бездонных озера, настолько ярких, что можно было подумать про цветные контактные линзы.
- Какого ч…, т.е. что за фок.. блин, в общем, что происходит??? – она окончательно ничего не понимала.
- Согласитесь, голубой цвет Вам к лицу? Я сначала подумал о насыщенном шоколадном, но голубой как-то эффектней. Вам то как, нравится?
Вместо ответа Ксана издала неопределённый звук.
- Вижу, нравится, - не обращая внимания на ступор девушки, продолжил Дэмо, - теперь то я, надеюсь, заслужил полное доверие?
- Угу, - машинально кивнула Ксана. Она всё ещё не могла оторвать взгляда от зеркала, откуда на неё смотрела незнакомая голубизна зрачков. Ксана уже несколько секунд щурилась и моргала, проверяя, точно ли она является хозяйкой этих глаз. Дэмо, казалось, перестал волноваться по поводу траты своего времени, он вальяжно откинулся на скамейке и умиротворённо рассматривал листву на ближайшем каштане.
- Ааа..., - Ксана непривычно растягивала гласные, - это, ну, этот цвет, он надолго?
- Как захотите. В принципе, я Вам, так сказать, пробную версию активировал, но при желании, можно и навсегда. Если в остальном сойдёмся, то глаза могу оставить, как бонус.
- В остальном?
- Дорогая моя, ну хватит, Вы начинаете испытывать моё терпение. Мы, кажется, уже практически всё обсудили. Желание Ваше мне ясно, что я могу его исполнить, Вы увидели. Так что остаётся последний момент – плата за желание.
- Плата? Ой, я как-то об этом даже не подумала.
- Ну, за всё в этой жизни нужно платить, Вы так не считаете?
- Да, конечно… И какую сумму Вы хотите? Дело в том, что у меня сейчас не особо много денег.
- Деньги? – перебил её Дэмо, - да какие деньги, что Вы, что Вы! Эти бумажки, монетки никогда не имели для меня значения. Мне нужно Ваше время, дорогая моя.
- Время? Вы… Вы что хотите переспать со мной?
Дэмо разразился громким смехом.
- Ух, давненько меня так никто не смешил. Практически до слёз. Милочка, за свою неприкосновенность не тревожьтесь. Это, пожалуй, последнее, что я могу от Вас хотеть, хотя, Вы без сомнения, очаровательная особа, - Дэмо в галантном жесте склонил голову.
«Педик что ли?», - подумала Ксана и тут же наткнулась на злой взгляд мужчины.
- Ой, простите…, - она уже поняла, что он каким-то образом слышал всё, о чём она думает.
- Современное поколение, никакого уважения и сплошные стереотипы, - вполголоса пробормотал Дэмо, - конечно, если Вам угодно, можете меня считать и таковым. Мне, в общем-то, всё равно.
- Я тогда не понимаю, о каком времени идёт речь?
- Постараюсь объяснить. Я говорю о времени, не как о философской или физической величине, а скорее рассматриваю его в аспекте диалектического материализма. Это как форма существования материи, Вы меня понимаете?
- Не совсем, если честно.
- Хорошо, спрошу прямо. Сколько реального времени Вы, дорогая моя, готовы отдать за мою услугу?
- Как это отдать? – Ксана запуталась окончательно.
- Перестаньте мыслить плоско. Вы уже поняли, что мои способности за гранью обычных человеческих. Потому и прошу я не обычные вещи, вроде денег. Итак, сколько дней, месяцев или лет своей жизни Вы готовы отдать за исполнение своего желания?
- Чего???
- Ну, теперь то, что непонятного? Просто назовите цифру, и я её обдумаю. В принципе, под Ваше желание вполне хватит одного человеческого года жизни. Я, конечно, мог бы поторговаться, но право слово, порядком подустал. Поэтому я предлагаю всего лишь год.
Наконец-то до Ксаны начал доходить смысл всего сказанного.
- Правильно ли я поняла, это значит, что я умру на год раньше? – она старалась правильнее подбирать слова.
- В общем-то, да. Согласитесь, ради того, чтобы получить желаемое сейчас, не такая уж большая плата. Ну, какая разница, умрёте Вы в 87 или 88 лет? В старости года не имеют значения.
- Я проживу так долго?
- А это уже вопрос не ко мне. Я всего лишь исполняю желания. Соглашайтесь, желания должны осуществляться.
Ксана сделала глубокий вдох.
- Хорошо, я согласна. Где я должна подписать?
- Ха! Вы мне ещё предложите скрепить наш договор кровью. Ну что за средние века! Мне вполне достаточно Вашего честного слова.
- Я даю Вам честное слово и принимаю все условия, взамен исполнения моего желания, - на одном дыхании протараторила девушка.
- Да будет так!
Вокруг опять потемнело, но на этот раз Ксана была к этому готова. Как и в первый раз, темнота быстро улетучилась, оставив после себя тяжесть на веках и лёгкое покалывание в носу.
- Вуаля! Любуйтесь, моя дорогая, Вы прекрасны!
Ксана схватила зеркало. О да, именно такой результат она ждала. Носик был аккуратный, прямой, само совершенство. Она рассмотрела своё новое лицо со всех сторон и улыбнулась отражению.
- Спасибо, это именно то, чего я хотела!
- Что ж, всегда рад услужить прекрасной даме. А теперь, позвольте откланяться, меня ждут неотложные дела.
- Спешите исполнить ещё чьё-то желание? – спросила Ксана, не отрываясь от зеркала.
- Что-то вроде того. Будьте счастливы.
Ксана усмехнулась про себя, подумав, что неприлично долго рассматривала себя в зеркале, ведь когда она наконец-то обернулась, Дэмо уже не было видно. Напевая что-то весёлое под нос, она вышла с парковки и отправилась к пешеходному переходу.
Прохожие даже не услышали, чтобы девушка издала какой-то звук. Только резкий визг тормозов Ауди и трёхэтажный мат водителя, который стоял на коленях перед телом брюнетки в лёгком светлом пальто, лежащей на асфальте. Она лежала так картинно-аккуратно, что казалось, будто здесь снимают сцену из фильма, а вокруг массовка, декорации, режиссёр. Лишь только левая туфелька валялась в нескольких метрах от места аварии.

В кабинете стояла натянутая тишина. Валя заполняла карточки на последних пострадавших, поступивших в морг. Все девочки давно разбежались по домам, только где-то в конце коридора было слышно, как тяжело топает дежурная медсестра. Вале спешить было некуда, дома её никто не ждал, мама проходила курс лечения в санатории, а больше вспоминать о молодой медсестре-практикантке было некому. Единственный человек, с которым Валя сейчас хотела бы скоротать вечер, был медбрат Иван, не особо привлекательный, но рассудительный и неглупый мальчик, покоривший девушку своей теорией относительно реформы здравоохранения, но, увы, у Ивана была обожаемая им Олесенька.
Валя дольше обычного рассматривала карточку Самойловой Оксаны Владимировны, 1982 года рождения, попавшей под машину вчера днём на улице Рубинштейна. Ничего необычного в её смерти не было, каждый день сотни людей погибают в автокатастрофах, однако, судя по записи патологоанатома, у девушки был рак сердца 4-й степени. Никакой информации о том, чтобы Самойлова проходила курс химиотерапии или хотя бы наблюдалась у онколога, не было. Четвёртая степень не поддаётся лечению, и это означало, что девушке оставалось жить от силы один год.
- Странно, что она не обращалась к врачу, - вслух рассуждала медсестра, - у неё уже должны были начаться боли. Вот ведь судьба! Всего год жизни оставался, а она умирает под колёсами машины… Наверно она ничего и не знала о своей болезни, а то не относилась бы так небрежно к оставшемуся времени. Мда, печально…
В дверь негромко постучали.
- Войдите, - поставленным голосом выкрикнула Валя.
В кабинет вошёл темноволосый мужчина средних лет, в дорогом костюме, с изящной тростью и небольшим портфелем.
- Добрый вечер, Валечка, - мягко произнёс он.
- Здравствуйте, - девушка слегка смутилась. – А главврача нет, он будет только завтра, но я могу позвать дежурную медсестру. Вы ведь за карточкой?
- О нет, моя дорогая, я к Вам, и совсем по другому вопросу, - с той же мягкостью в голосе продолжил мужчина. Поставьте-ка чайник, нам предстоит длинный разговор.
Незнакомец достал из портфеля шоколадку и сел напротив девушки.

осень 2009 – февраль 2010г.